Кризис среднего возраста: три этапа

Вкакой‑то момент, хотя бы раз в жизни, любой человек останавливается, чтобы задаться вопросом: «Кто я и куда я иду?». Кто‑то делает паузу в тридцать лет, кто‑то в сорок, одни вытирают пот со лба и движутся дальше, другие закладывают крутой вираж, третьи, пройдя новый кусок пути, останавливаются еще раз. С чем это связано?

Кризис среднего возраста: тридцать, сорок, пятьдесят
Пресловутый кризис среднего возраста, побуждающий человека изменить свою жизнь, — вещь не новая. «Перевалив за середину», люди остро ощущают, что смертны, и зачастую им трудно с этим смириться. Хочется что‑то изменить, успеть, совершить, исправить ошибки… или наделать другие. Вспомните балагура и ловеласа Пушкина, который до тридцати лет рвал цветы удовольствий, потом решил остепениться, женился, погряз в долгах, семейных дрязгах — и погиб на дуэли в 37…
Еще у наших прадедов период «беса в ребро» обычно бывал один. В современной культуре, благодаря удлинению срока активной жизни, кризис среднего возраста разделился на три этапа.

Первый этап кризиса среднего возраста:, как ни смешно, можно назвать вторым пубертатом. К плюс-минус тридцати годам люди достигают полной физиологической и психологической зрелости. У нас обычно есть образование, опыт, партнеры, супруги, дети или планы на будущее. В какой‑то момент мы начинаем осознавать себя — таланты, сексуальность, потребности, цели и ответственность за принимаемые решения. Становится ясно, что ни мама с папой, ни учителя, ни друзья не могут прожить жизнь вместо нас, что короткие штанишки кончились навсегда. И от ощущения полной свободы пополам с грандиозной ответственностью, у многих «слетают тормоза». Но в итоге мы уже самостоятельно принимаем стратегические решения типа «вступать ли в \ сохранять ли брак», «заводить детей» «выбрать профессию», «строить карьеру».

После сорока случается собственно кризис среднего возраста. Подступающая середина жизни, понимание, что еще год-два — и каких‑то вещей в жизни уже никогда не случится. Не успеешь влюбиться по‑настоящему, родить еще одного ребенка, слетать на Луну, научиться бегать спринтерские дистанции и танцевать акробатический рок-н-ролл, никогда не станешь знаменитым. На этом трещат по швам браки, совершаются эмиграции и героические безумства в надежде вскочить на подножку трамвая юности. Зрелость — возраст свершений, а совершать поступки всегда страшно.

И третий этап кризиса среднего возраста — «бальзаковский кризис» — первая встреча со старостью. Дети выросли, карьера прошла зенит, подступили болезни и все уже безвозвратно. Сумасшедшие выходки почтенных мужей и жен, экстремальные увлечения, МЛМ и уринотерапия — все это лишь попытки убежать от пугающей неизбежности. С другой стороны, для тех, кому удалось сохранить здоровье и обзавестись стабильным доходом, маячит золотое время — возможность пожить для себя, не думая больше о нуждах семьи и общества. И возможно, отец семейства, который оставил жену, дом и карьеру ради скромной хижины на тропических островах, всего лишь решил сделать то, о чем мечтал всю жизнь.

Кризис среднего возраста: есть ли смысл в жизни?
Переход в новый возраст не был бы так тяжел, если б его не сопровождал неприятнейший симптом. Как безобидная детская «свинка» может обернуться бесплодием для мальчика, так и кризис осложняется поиском смысла жизни. Чаще этот недуг поражает мужчин, но и с женщинами тоже случается. Человек садится на ровном месте и начинает задумываться «а зачем я живу, если все мы умрем, в чем высокое предназначение этих бессмысленных телодвижений».

В ожидании просветления кто‑то женится или разводится, кто‑то удаляется в монастырь или ашрам, кто‑то уходит в русский загул, бессмысленный и беспощадный. Со стороны выглядит жутко. Изнутри — такие сумерки богов, что никаким мудрецам и не снились…